«И радостно расправит стрекоза любовь мою…» (инсектные мотивы в любовной лирике М.А. Кузмина 1910–1920-х гг.)

Рассмотрены образы крылатых насекомых в лирике М.А. Кузмина как частное проявление мотива полета. Полет представлен как необходимый для поэта способ перехода из мира реального в мир вымышленный. Особое внимание уделено понятию «нездешнего» мира, в котором пребывает лирический герой, а также контаминации древнегреческих и славянских традиций в художественном воплощении образа крыльев. Выявлены наиболее значимые для поэзии М.А. Кузмина 1910–1920 гг. образы летающих насекомых: бабочки, мотылька, пчелы. Проведен сопоставительный анализ образа крылатой древнегреческой богини Психеи в стихотворениях «Ангел благовествующий» (1919) и «Fidesapostolica» (1921), вариативность репрезентации которого выступает как проявление «капризного синкретизма» в творчестве поэта. На примере текстов «Ко мне скорее, Теодор и Конрад…» (1924) и «На площадке пляшут дети…» (1921) проанализирован мотив движения и остановки насекомого, соотносящийся с движением человеческой души и достижением эмоциональной цели. Рассмотрены фонетические особенности стихотворения «По черной радуге мушиного крыла…» (1921), а также определена роль разных видов рифм в структуре текста. Метафорическая способность к полету обозначена как одна из главных характеристик состояния любящего человека в поэзии и прозе М.А. Кузмина.

М.А. Кузмин, мотив полета, образы насекомых, античная мифология, любовная лирика